Шанхайский переворот 1927 г

Чан Кайши постепенно продвигался к Шанхаю, городу, олицетворяющему в представлении китайцев империализм. Шанхай в середине 20-х годов главный город-порт ; Китая, насчитывающий 1,5 млн человек. Англичане считали себя старожилами в устье Янцзы.

На флагштоках военных кораблей, стоявших в устье реки Вампу, преобладали английские флаги, прогуливающиеся по набережной английские полицейские, с высокомерием посматривающие на окружающих, как бы подчеркивали первенство Великобритании в осуществлении традиционного принципа колониальной политики "разделяй и властвуй". И как символ безвозвратно утерянных позиций, как одинокий осколок ушедшей в прошлое Российской империи маячило на Янцзы русское судно "Охотск".

Это судно, как и некоторые другие, угнанные белогвардейцами из Владивостока, нашло пристанище на чужбине. "Охотск" стал, по существу, казармой для казаков и офицеров из белоэмиграции. Набережная реки Вампу в центре международного сеттльмента называлась Банд, на ее правой стороне красовались впечатляющие здания крупнейших банков и монополий. И Здесь англичане обладали преимуществом, ведь на долю главенствующей в колониальном мире Британии приходилось до трети всей внешней торговли Китая.

К юго-западу от Нанкин-роуд обосновался французский сеттльмент. Социальный водораздел все более четко ощущался не только между жителями китайской части города и иностранных сеттльментов, но и между различными полюсами самого китайского общества. Это было время, когда, пользуясь отсутствием сильного централизованного правительства, активизировались шанхайские капиталисты, они создавали собственные независимые организации, прибирали к своим рукам банки, предприятия.

Организации формировались как по гильдиям, например Шанхайская ассоциация банкиров, так и, помимо специализированных, на основе личных связей, местничества. Шанхайская главная торговая палата охватывала тузов города в сфере торговли, промышленности и финансов. Особым весом и влиянием отличались "чжэцзянская группа", "финансисты Чжэцзян Цзянсу". Под их контролем находились банки, заводы, таможни, судовые компании, угледобывающие фирмы.

В шанхайских салонах и отелях бездумно убивала время новая китайская европеизированная буржуазия: она бросала на ветер доллары, добытые кровью и потом трудящихся соотечественников, гнувших спину по 12 часов в день. Уровень эксплуатации китайского рабочего на текстильной фабрике (за 12 часов работы 1 шиллинг) намного превышал тот же уровень в находившейся в колониальной зависимости от Англии Индии (за 10 часов 1 шиллинг 6 пенсов).

Повсюду по Янцзы сновали лодки (сампаны), служившие пристанищем для шанхайской бедноты, и здесь же пьяные американские матросы покупали у родителей несовершеннолетних китайских девочек всего лишь за одну серебряную монетку. На окраине города в пропитанных копотью фанзах, на земляном полу, рваных циновках, на тряпье ютилась шанхайская беднота.
Шанхайский бунт 1927 года

Чжоуская династия

Чжоуская династия при которой началось зарождение феодализма, а отношения между владениями регулировались кровными, родственными связями, с первых же шагов столкнулась с беспокойными северными соседями, сыгравшими в дальнейшем огромную роль как в ее судьбах, так и в судьбах всего Китая. В связи с "непрерывными нападениями жунов на Китай чжоуский правитель Пнн-ван в 770 г. до н. э. вынужден был перенести столицу па восток, в Лои, чем был открыт новый период, известный в истории Китая под названием Восточная Чжоу.

Последствия поражения Западной Чжоу оказали огромное влияние на дальнейшие судьбы Китая. После переноса столицы в Лои страна, по существу, уже IHC представляла единого государства. Старый, устоявшийся порядок, основанный на родственных связях правителей отдельных владений, признававших авторитет Сына Неба как старшего в целом роде, расстроился. Во-первых, за прошедшие века родственные связи успели ослабеть сами по себе.

Во-вторых, поскольку старший в роде оказался не в состоянии уберечь страну от внешней угрозы, естественно, что правители отдельных владений уже не могли больше рассчитывать на его защиту, Китай распался на множество самостоятельных и полу самостоятельных владений, правители которых вели между собой ожесточенную борьбу, стремясь упрочить свое положение. Это нашло выражение в усиленном создании укрепленных городов.

Владения отгородились друг от друга заставами, служившими как для проверки проходящих, так и для взимания налога с провозимых товаров. О последнем имеется недвусмысленное свидетельство Мэн-цзы: "Если на заставах производить только допрос проходящих и не взимать налога, то это обрадует всех странствующих по Поднебесной и у них появится желание ездить по идущим от застав допогам".

Об интенсивности происходившей борьбы говорят и многочисленные войны между владениями, которых за период Чунь-цю, продолжавшийся около 250 лет, насчитывается, по неполным данным. Эти владения в отличие от прежних времен, по существу, диктовали свою волю чжоуским ванам, которые были бессильны как-то повлиять на ход текущих событий. Отдельные владения не только откровенно пренебрегали бывшим главой страны, носившим титул Сына Неба, но и не раз собирались лишить его престола вообще. Изменились и отношения между владениями, родственные связи уступили место государственным.

Это нашло выражение в многочисленных договорах, которые, как правило, заключались на съездах правителей, созываемых наиболее сильными из них. В данных документах, регулировавших отношения между владениями, уже не упоминалось о родственных связях, каждое владение выступало как самостоятельное, несущее определенные права и обязанности. В частности, в договоре, заключенном на съезде в Цзяньту, говорилось:

"Все должны помогать дому вана и не причинять вреда друг другу. Тот, кто нарушит заключенный договор, будет наказан мудрыми духами, которые уничтожат его войска, погубят владение, а беды падут на его внуков и правнуков, вне зависимости от их возраста".
Дальше...